«Русская планета» поискала новые технологии в Ульяновском наноцентре

В декабре прошлого года в здании ульяновского наноцентра министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров нашел как минимум две уникальные технологии. Узнавать, что там происходит, вслед за чиновником отправилась корреспондент «Русской Планеты».

Генеральный директор «Ульяновского центра трансфера технологий» Андрей Редькин встретил нас на втором этаже здания. Выстроено оно было специально для наноцентра.

– Задача была такая: построить маленький кусочек силиконовой долины, здание, в котором будет ультракомфортно, — говорит Редькин. — Во-первых, таково было требование со стороны «Роснано», во-вторых, мы хотели, чтобы это было похоже на кампус Гугла, или Майкрософт в Америке. И получилось: те, кто приезжает к нам из Германии, Финляндии, Штатов, Франции, говорят, что удивлены, что такое есть в России. Проект здания — концептуального итальянского архитектора Джузеппе Делла Джуста, который спроектировал здание таким образом, чтобы при его постройке было сэкономлено очень много денег.

Экономия произошла, уверяет Редькин, главным образом за счет меньшего, сравнительно с другими проектами, использования строительного материала. На втором этаже практически нет стен, только колонны. И удивительно тепло — при том, что и наружные стены, и стены, выходящие во внутренний двор, фактически, — стеклянные окна от пола до потолка.

Здесь сложная инженерная система, круглогодичное кондиционирование, поясняет гендиректор. Кроме того, на первом этаже, где расположены лаборатории — специальная система вентиляции.

Лаборатории «принадлежат» дочерним компаниям наноцентра. Их, как и офисные помещения, компаниям предоставляют для работы. Наверху идет работа за столом переговоров или компьютером, а внизу начинается работа руками. Команда самого технологического центра — 14 человек, включая директора. Трудятся они в нескольких офисных помещениях на втором этаже.

Лаборатории «принадлежат» дочерним компаниям наноцентра. Их, как и офисные помещения, компаниям предоставляют для работы. Наверху идет работа за столом переговоров или компьютером, а внизу начинается работа руками. Команда самого технологического центра — 14 человек, включая директора. Трудятся они в нескольких офисных помещениях на втором этаже.

– Это ядро наноцентра, — объясняет Редькин. — Самый главный наш кабинет, — указывает он в сторону помещения, сквозь стеклянную стену которого видны кресла вокруг круглого стола. — Здесь мы думаем и обсуждаем.

Возле входа в зал переговоров стенд с образцами компании, которая начала работать в наноцентре первой. Это таблички, покрытые декоративной штукатуркой. Ее теперь можно купить в местных магазинах.

– Попробуйте поковырять, — предлагает Редькин. — Чувствуете? Хрупкость — главная проблема обычной штукатурки. А эта — прочная. За счет чего это достигается: измельчение базовых частиц происходит ультразвуком в жидкой среде — частицы разрываются кавитацией и становятся очень-очень маленькие. И поэтому они очень хорошо закрывают все неровности на поверхности материала.

Дальше идут объяснения о том, что свойство прилипания частиц к материалу очень высокое, выше, чем у других видов краски. По себестоимости это дешевле, потому что нам не надо базовые компоненты сушить и измельчать механическим способом, дорогим с точки зрения затрат энергии. Поэтому цена этой штукатурки значительно дешевле, чем у большинства аналогов, что присутствуют на рынке.

– Это наше дочернее предприятие «ARTEK COMPOSITES», мы еще с вами сходим на производство, — объясняет Редькин.

В зоне дочерних компаний большинство офисов закрыты. Сквозь стеклянные двери и стены видны пустые или меблированные помещения. Часть сотрудников в лабораториях, часть — в пути.

– Здесь располагается компания, которая пока представлена одним человеком, сотрудником Наноцентра, — останавливается Редькин около одной из дверей. — Это компания, которая выиграла конкурс «Роснано» на создание инжиниринговых компаний. Работа над ее запуском еще идет. А здесь — офис компании, сотрудники которой сейчас учатся в Штатах. Специализация этой компании — вакуумное оборудование, и именно его они сейчас и осваивают. Прибор, кстати, уже здесь, у нас, только установить осталось, а специалисты еще готовятся.

Наноцентр никак не может взять на работу сотрудника из Южной Африки: есть проблема в квотах на иностранную рабочую силу. И получается, что он нужен срочно, но заявить его можно только в квоты на следующий год.

– Мы с удовольствием примем на работу и специалиста из Ульяновска, если нужный нам здесь есть, — говорит Редькин. — Но, к сожалению, чаще всего не находим того, кого хотим. Хотя, бывают и неожиданности. Например, мы совершенно случайно нашли здесь молекулярного генетика — девушку, приехавшую в Ульяновск из Ташкента.

– Екатерина полгода даже не искала работу, потому что не надеялась найти, — рассказывает генеральный директор ООО «ТестГен» Андрей Тороповский. Его мы встречаем на первом этаже здания, в одной из двух лабораторий, где компания проводит разработки. «ТестГен» состоит из трех человек.

– Я из Димитровграда, — рассказывает Тороповский. — 10 лет жил и учился в Самаре, потом вернулся в Димитровград и организовал компанию.

Тороповский объясняет, что заниматься инновационными разработками в области генетики, находясь в Димитровграде, тяжело.

– Производство, помещения — все у нас там было шикарно. Низкая арендная плата, жилье для сотрудников дешевое. Но через полгода развития мы поняли, что не хватает плеча, рывка, чтобы выйти на новый уровень. Своих ресурсов не хватает. Деньги, которые мы взяли в заем для развития, мы вернули, но стало ясно, что средства теперь нужны гораздо большие. А планы были — делать новые разработки и создавать свою диагностическую лабораторию. Нужен был стратегический партнер, который подставит и финансовое плечо и административное.

По словам Тороповского, с наноцентром команда «ТестГена» познакомилась год назад, здание тогда еще только строилось. Здесь компании выделили помещение, в том числе и под научные исследования, закупают оборудование для разработок, помогают оплачивать зарплату новым сотрудникам. Кроме того, наноцентр занимается продвижением новой продукции. «ТестГен» разработал уникальную для России технологию определения пола и резус-фактора ребенка на ранних стадиях беременности.

– На разработку технологии ушел где-то год, — говорит Тороповский. — Сейчас мы работаем с наборами второго поколения. Их мы разработали за месяц. Перспективы очень большие. Мы продаем эти реактивы от Калининграда до Петропавловска-Камчатского. Но объем рынка мы охватили всего на один процент.

Разработчики считают, что нужно включить анализ на определение резус-фактора в государственные стандарты оказания помощи. Его точность 99%. Потенциальный объем рынка желающих определить пол младенца — 180 тысяч в год по России. Сейчас таких исследований делается крайне мало: на регион около 500. «Чистый» бизнес, без участия государства, встречает трудности.

– Сложность в том, что не очень удобно продвигать анализ среди конечных пользователей, потому, что конечные пользователи — это беременные женщины. А наши потребители — это лаборатории, — говорит Тороповский. — Мы сами анализы не делаем, мы делаем реактивы и продвигаем их среди лабораторий. Заходить в женские консультации и рассказывать женщинам о том, что есть такой анализ, просто нет физической возможности. Ну и на рынке мы всего два года — это довольно-таки небольшой срок.

Из лаборатории «ТестГена» реагенты отправляются в термоконтейнерах, из холодильника с минусовой температурой.

– Тут у нас все лабораторные работники удивляются, — с гордостью говорит Тороповский. — Многие никогда не видели электронных пипеток. На таком инструменте не нужно ничего нажимать, нужно лишь задать на цифровом табло объем — и пипетка сама работает — чувствительность сумасшедшая. Я хочу показать, что мы самое современное оборудование используем, и практически все — кроме этого шкафа и этого холодильника — заработали и купили сами.

В лабораториях «ТестГена» занимаются разработкой еще нескольких технологий.

– Андрея мы наняли в компанию Эн-гласс, в качестве эксперта, — говорит Редькин. — Это команда из Саратова, физики-стекольщики. Занимаются производством принципиально новой технологии — стеклянных нанопипеток для выделения ДНК. С помощью Андрея мы проанализировали рынок — потенциал мирового рынка это миллиарды долларов. С этой технологией можно говорить не только о выделении ДНК плода из крови матери, но и о выделении ДНК раковой опухоли — в очень маленьких концентрациях, на очень ранней стадии болезни.

По словам гендиректора, задача наноцентра — заработать на капитализации. Центр находит технологию на самом ее начальном этапе и помогает развиваться. С каждой ступенью развития технология растет в цене. Растет в цене компания-владелец технологии, растет в цене и партнер — наноцентр. Пока это еще очень маленькое предприятие — «выращиванием технологий» в Ульяновске занимается около ста человек.

 

Источник: http://ulyanovsk.rusplt.ru/index/zdes-myi-dumaem-8520.html